СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТАЖ Global Worker No. 2, ноябрь 2020
	Текст: Уолтон Пэнтланд Тема: Изменяя текстильную и швейную отрасль

Эта отрасль стала такой огромной и сложной, что ни одно ее действующее лицо – бренд, правительство, фабрика или профсоюз – не в состоянии осуществить окончательное  преобразование. Потребители и участники кампаний винят бренды, бренды винят поставляющие фабрики, а владельцы фабрик обвиняют профсоюзы в саботаже. Налицо столкновение интересов, и обстановку в отрасли нельзя изменить, не понимая эти интересы и расстановку сил между ними.

Глобальные союзы способны повлиять на баланс власти и, делая это, направить развитие отрасли по более устойчивому пути.  

Индустрия моды – это сложный глобальный гигант, стоимость которого оценивается примерно в 1,5 триллиона долларов США в год и на него приходится около десяти процентов всех выбросов парниковых газов в мире. Она слишком огромна, чтобы рухнуть – и настолько сложно устроена, что влиять на нее крайне трудно. Глобализированное производство питает ненасытное чрево потребления, создаваемого посредством изощренной маркетинговой машины, которая использует источники влияния в социальных сетях, чтобы направлять производство на удовлетворение потребностей и желаний, которые заставляют людей непрерывно покупать – а потом выбрасывать – огромное количество одежды.

Это ведет к затовариванию складов, чьи запасы невозможно распродать, и бренды премиум класса просто сжигают одежду на миллионы долларов. Развитие отрасли вырвалось из-под контроля, и даже те бренды, которые хотят изменить ситуацию, не могут этого сделать, не потеряв свои позиции.

«Быстрая мода», где бренды оперативно, недорого и в больших масштабах производят новейшую трендовую одежду для потребителей, зависит от низкой стоимости рабочей силы в странах-производителях.

Эти проблемы уже были серьезными до перебоев, отмены заказов и производственных потерь, вызванных пандемией Covid-19 и последовавшим за нею кризисом.

Глобальные союзы не могут решить проблему перепроизводства – этот вопрос должна решать сама отрасль. Наши члены не имеют достаточного контроля над производственным процессом, чтобы остановить загрязнение окружающей среды или сократить объемы выбросов. Но мы можем повлиять на расстановку сил.

В секторе присутствует множество положительных аспектов. Занимаясь исправлением того, что не срабатывает, мы можем помочь создать сектор, который создает качественные рабочие места и способствует устойчивому развитию экономики.

На стороне предложения индустрия моды дает работу миллионам людей в таких странах, как Бангладеш, Индия, Пакистан и Турция, но также и в Португалии, Эфиопии, Иордании, Лесото и ЮАР, и во многих других.

Большинство работников сектора – женщины, и это дает женщинам в традиционно устроенных обществах самостоятельность и независимость, которых у них не было в прошлом. Они могут зарабатывать своим трудом, обеспечивать свои семьи, строить свои карьеры.

Отрасль масштабируема, это означает, что страна – например, Эфиопия – может войти в нее с относительно простым производством с низкой добавочной стоимостью. По мере того, как сектор становится более зрелым, он может приобретать более сложное оборудование, развивать умения и навыки, и страна начинает готовить дизайнеров и формировать свою собственную индустрию моды,  как это произошло в Турции. Это ведет к экономическому росту и повышению квалификации местной рабочей силы на всех уровнях: от производства до дизайна и маркетинга. Другие страны, включая Бангладеш, находятся на той же траектории.

На стороне спроса индустрия моды дает рабочему классу возможность хорошо выглядеть и хорошо себя чувствовать по этому поводу, покупать новую одежду и креативно себя в ней выражать, она также создает рабочие места в сетях розничной торговли, в дизайне одежды и в сфере маркетинга. Одно-два поколения назад возможность выглядеть хорошо была доступна только богатым, потому что одежда стоила дорого. Более дешевая мода поддерживает культуру и человеческое достоинство.

Швейная отрасль в Бангладеш

СТОРОНА ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Сторона предложения включает производителей в странах, производящих ткани и одежду, а также производственных рабочих и их профсоюзы, работодателей и их объединения и правительства.

Работники и их профсоюзы 

Работники, производящие ткани, раскраивающие их и шьющие одежду хотят, чтобы у них были устойчивые рабочие места на долгое время, которые обеспечивают им стабильную зарплату не ниже прожиточного минимума при безопасных условиях труда. Работникам нужны гарантированная занятость и предсказуемый доход. Им также нужны развитие навыков и возможности карьерного роста.

В некоторых странах профсоюзы сумели объединиться и путем коллективных переговоров установить стандарты и нормы, применимые ко всему сектору целиком, заключив отраслевые соглашения. Однако в других странах профсоюзы слабы и разобщены, а подавление профсоюзов приводит к тому, что работники зачастую лишены представительства, которое им нужно.

Работодатели и их объединения

Также со стороны предложения находятся работодатели, владельцы фабрик и объединения работодателей. Работодатели конкурируют друг с другом, но при этом и борются за свои общие интересы посредством своих объединений. Их интерес состоит в том, чтобы получать максимально возможную прибыль, оставаясь конкурентоспособными. Они участвуют в тендерах на контракты по производству предметов одежды для крупных брендов и вынуждены конкурировать друг с другом по таким параметрам, как затраты, качество производства, графики поставок, близость к рынкам и множеству других. В погоне за прибылью путем экономии затрат заработная плата работников, как правило, ужимается.

Объединения работодателей представляют отрасль на национальном уровне. Они пытаются гармонизировать условия для работодателей, чтобы сделать национальную отрасль конкурентоспособной в сравнении с другими странами.

Правительства в странах-производителях

Правительства стран стремятся поддерживать и развивать ориентированную на экспорт промышленность, которая генерирует надежные объемы иностранной валюты и поддерживает здоровый торговый баланс. Это обеспечивает капитал для дальнейшей индустриализации, ведущей к росту экспорта и развитию экономики. Вторичный интерес состоит в обеспечении занятости населения и расширении базы налогообложения. Правительства стран конкурируют друг с другом в привлечении зарубежных инвестиций. Их козыри в этой игре – предложение надежного продукта, производимого в стабильной деловой среде при наличии необходимой инфраструктуры. Очень часто, однако, они получают конкурентное преимущество за счет наличия дешевой рабочей силы, что может вызвать «гонку ко дну».

Свобода объединения должна соблюдаться, и IndustriALL борется за то, чтобы положить конец практике уничтожения профсоюзов в секторе. Правительства иногда закрывают глаза на то, что работодатели отказывают своим работникам в праве на профсоюзное объединение или пытаются разрушить существующие профсоюзы, а в некоторых случаях правительства даже участвуют в подобных инициативах.  

Shutterstock

СТОРОНА СПРОСА

На стороне спроса, движимого потреблением, находятся глобальные бренды, потребители, правительства стран, работники розничной торговли и их профсоюзы и политические активисты.

Глобальные бренды

Оборот происходит очень быстро, и чтобы сохранять конкурентоспособность, бренды должны распродавать большие объемы продукции как можно быстрее. Они должны спроектировать, заказать, приобрести, прорекламировать и продать одежду в огромных количествах, и они должны делать это лучше своих конкурентов, если хотят остаться в бизнесе. Дешевле заказать больше, чем нужно, и уничтожить излишки, чем столкнуться с дефицитом популярного товара в магазинах.

Цикл «быстрой моды» стал для отрасли ловушкой. Затоваренность снижает ценность бренда, а уничтожение излишков не служит ничьим интересам. Многие глобальные бренды хотели бы изменить сложившуюся систему – но они не могут, потому что этого не хотят их конкуренты.

Наибольшая часть добавочной стоимости предметов одежды возникает из неосязаемых культурных идей, формируемых посредством маркетинга в краткосрочной перспективе и как наследие с течением времени. Ценность одежды имеет мало общего с ее фактическим качеством или стоимостью производства. Брендам необходимо поддерживать свою уникальность, свои имидж и репутацию. Для некоторых брендов то, что потребители воспринимают их как «хорошую» компанию, имеет большое значение для этой уникальности.

Потребители

Потребители в странах Запада и ориентирующийся на Запад средний класс в развивающихся странах хотят носить одежду наивысшего качества по минимально возможной цене. Им также хочется, чтобы было постоянное предложение новой, интересной, хорошо скроенной и пошитой одежды в рамках непрерывного цикла обновляющейся и креативной моды. В идеале, они хотели бы иметь все это, сохраняя чистую совесть, то есть зная, что никто не пострадал при производстве их одежды. Однако лишь немногие потребители готовы платить за это значительно больше, и одежда, произведенная с соблюдением этических норм, занимает на рынке лишь небольшую нишу.

Работники розничной торговли и их профсоюзы

Работники розничных магазинов одежды получают мало. Во многих странах профсоюзам приходится прилагать немало усилий, чтобы объединить и представлять работников розничных сетей. Их профсоюзы борются с низкими зарплатами, нестандартной занятостью и отсутствием гарантий занятости, вызванными нестабильностью бизнес-цикла. В розничной торговле модной одеждой наблюдаются быстрая консолидация, расширение и сужение компаний и смена владельцев. Работники отрасли и их профсоюзы являются важными союзниками производственных рабочих, но в отличие от таких секторов, как автомобильный и энергетический, они не имеют достаточного социального влияния, чтобы воздействовать на поведение брендов. В этом секторе очень мало советов компаний. Глобальный профсоюзный совет работников компании Inditex является важным исключением, и он играет ключевую роль в регулировании условий труда во всей цепочке поставок компании.

Политические активисты

В странах Запада политические активисты десятилетиями  доносили до потребителей этические и экологические аспекты влияния индустрии моды. Это оказало глубокое воздействие на воззрения потребителей – большинство людей предпочитают одежду без чувства вины – но совсем неглубоко повлияло на производство, поскольку брендам легче решать вопросы восприятия посредством рекламы, нежели реальных изменений в отрасли.

Правительства стран и международное законодательство 

Правительства стран, находящихся на стороне спроса, реагируют на растущее давление со стороны потребителей, добивающихся надлежащего управления цепочками поставок путем принятия национальных законов против рабства и об ответственности в цепочках поставок. Законы о цепочках поставок являются новыми, и пока было мало возможностей испытать их действенность и создать новые прецеденты, но организаторы кампаний считают, что эти законы будут полезным инструментом.

Глобальной правовой системы для управления цепочками поставок не существует, но в некоторых случаях имеющие юридическую силу соглашения – ярким примером является Бангладешское Соглашение – достигли значительных перемен. Переговоры о заключении юридически обязательного к исполнению договора ООН в области бизнеса и прав человека являются еще одним шагом в этом направлении.

Глобальные союзы 

Глобальные союзы присутствуют как на стороне спроса, так и на стороне предложения  и могут собрать вместе всех действующих лиц, чтобы улучшить ситуацию в отрасли. Международные кампании солидарности, проводимые глобальными союзами, сыграли центральную роль в освобождении посаженных в тюрьму профсоюзных лидеров и активистов, восстановлении уволенных на работе, и так далее.

Производственные работники, пожалуй, являются действующими лицами с наименьшим влиянием. Однако их сила резко возрастает, когда они объединяются в профсоюзы и особенно когда они действуют через глобальные союзы, такие как IndustriALL.

Наиболее влиятельными действующими лицами являются правительства стран, находящихся на стороне спроса, и глобальные бренды. Но они не всесильны, и конкурирующие интересы брендов означают, что ни одно действующее лицо не обладает достаточным влиянием, чтобы в одиночку изменить отрасль.

Двигаясь дальше предыдущих кампаний 

Необходимость исправить систему очевидна. Для многих организаторов кампаний решение состоит в том, чтобы призвать бренды к ответу и потребовать, чтобы они изменились. Поскольку именно они размещают заказы и устанавливают цены, их, без сомнения, можно заставить вести дела по-другому.

Такова модель ведения кампаний господствовала с самых первых дней глобализации индустрии моды и началась в США в 1980-х годах с нацеленных на потребителей кампаний против потогонных производств, таких как кампания «Никакого пота». Хотя эти кампании многого достигли в повышении информированности потребителей, они не привели к существенным изменениям в отрасли.

Эти кампании привели нас к тому, чего мы достигли, но теперь нам необходимо двигаться дальше.

Сосредоточенность на брендах способна отвлечь внимание от необходимости добиться более всеобъемлющих перемен. Помимо действующей модели кампаний нам нужна долгосрочная перспектива и нацеленность на системные изменения.

Некоторые бренды, включая шведский H&M и испанский Inditex, признают необходимость перемен и готовы работать с профсоюзами над их осуществлением. Того, что они делают, недостаточно, но они делают больше своих конкурентов. Но чем более явные обязательства они на себя берут, тем больше они превращаются в мишень.  

Недавним примером является акция протеста в рамках уйгурской кампании солидарности у магазина ZARA на Оксфорд Стрит в Лондоне по поводу обвинений в использовании рабского труда в цепочке поставок хлопка компании. Поскольку эта проблема носит системный характер и в практическом плане ZARA никак не способна ее решить, подобные протесты направляют возмущение людей не в ту сторону, не затрагивая лежащие в ее основе вопросы.

Почему мы не можем просто ждать, когда бренды все устроят как надо

Мысленный эксперимент очерчивает, почему нежелательно ждать, чтобы бренды сами решили все проблемы цепочек поставок.

Бренды заказывают готовую одежду у производителей в развивающихся странах, часто уже упакованную и с их этикетками, когда она покидает фабрику. Эти фабрики, в свою очередь, имеют своих поставщиков, например, текстильные фабрики, которые превращают хлопок в ткань различного качества и дизайна. Текстильные фабрики покупают хлопок у брокеров, которые покупают его у фермеров и накапливают у себя.

Представьте себе бренд, который обязуется гарантировать, что при поставках хлопка не будет использоваться рабский труд, что на фабриках поставщика не будут уничтожать профсоюзы, что работникам будут платить зарплату, достаточную для нормальной жизни и что работа на фабрике будет безопасной. Помимо того факта, что подобные обязательства дорого обходятся и могут сделать бренд неконкурентоспособным, бренду понадобится нанять армию контролеров – полицейские силы бренда, – которые будут выезжать в страны-производители для инспектирования фабрик и обеспечения соблюдения ими условий контракта. Тридцать лет аудита доказали, что эта модель нежизнеспособна.

Цель глобальных профсоюзов – сделать профсоюзы на местах сильнее и влиятельнее. Права трудящихся в самом низу цепочки поставок должны соблюдаться. Роль инспектирования фабрик должна принадлежать не западному бренду, приезжающему в Бангладеш, эти проверки должны осуществляться трудовой инспекцией бангладешского правительства. Условия труда должны быть результатом переговоров с местными профсоюзами, а не устанавливаться полицией бренда.

Бренд может дать обещание выплачивать зарплату не ниже прожиточного минимума. Но бренды не отвечают за оплату труда работников – это обязанность владельцев фабрик. Если бренд в своих закупочных ценах учитывает выплату работникам зарплаты не ниже прожиточного минимума, а владелец фабрики просто кладет эту разницу в карман, в лицемерии будут обвинять именно бренд.

Как выглядит наилучшая модель?

Самым лучшим способом уравновесить конкурирующие интересы на национальном уровне в любом секторе являются трехсторонние отраслевые переговоры: объединение работодателей, профсоюзы и правительство договариваются о подписании имеющих юридическую силу соглашений, которые распространяются на весь сектор. Вместо того, чтобы проводить переговоры на каждой отдельной фабрике, все профсоюзы ведут переговоры с представителями всех фабрик, как это делается, например, в ЮАР.

Очевидной выгодой для работников является то, что это улучшает условия. Но это хорошо и для отрасли: устраняя зарплаты и условия труда работников как факторы конкурентоспособности, это повышает качество всей отрасли, вытесняя из нее маргинальных производителей. Это также вознаграждает тех, кто инвестирует больше средств в повышение производительности труда, в оборудование и в обучение работников, и тех, кто берет на себя долгосрочные обязательства.

Такая модель должна быть распространена на все страны-производители, и элемент конкуренции между странами по зарплате должен быть устранен.

Глобальные бренды должны пообещать, что, если страна вводит у себя коллективные переговоры, и зарплаты, как следствие, повышаются, они не станут переводить производство в другую страну, чтобы сэкономить деньги. Если критическая масса брендов согласится устранить зарплаты как фактор конкуренции, переведя их в категорию постоянных затрат, то основой для состязательных тендеров станет качество, скорость производства, время между получением и исполнением заказа и близость к рынкам.

IndustriALL подписал совместные декларации по поддержке экономического и социального восстановления мировой швейной отрасли во время кризиса Covid-19 с Inditex и немецким брендом Tchibo.

Это модель, которую IndustriALL продвигает посредством инициативы ACT. Чтобы эта модель работала, необходимо набрать критическую массу ее поддержки. Если одна половина брендов-заказчиков поддерживает отраслевые переговоры, а вторая нет, двигаться вперед будет трудно. В Камбодже, например, Adidas заказывает много своей спортивной одежды, и компании все равно, как ее производят.

Фабрики, работающие для брендов, присоединившихся к ACT, в Мьянме подписали Руководство по свободе объединения в Мьянме, нацеленное на выстраивание конструктивных отношений между работодателями и работниками. Переговоры по аналогичным руководствам ведутся в Камбодже и Турции. 

H&M также размещает заказы в Камбодже и приветствует и активно поддерживает коллективные переговоры как инструмент создания ровного игрового поля в стране. Относительная мощь компаний по обе стороны спора уравновешивает друг друга, и мы не можем начать коллективные переговоры на национальном уровне. В этом контексте протесты против H&M не продвигают ситуацию вперед. Они просто отвлекают внимание от Adidas. Вместо организации протестов перед флагманскими магазинами H&M или ZARA, необходимо более избирательно и аккуратно подходить к выбору цели. Нам нужно выявить бренды, которые подрывают  данный процесс и наживаются на этом, и нацеливаться на них.

К слову, этот список включает такие глобальные бренды, как Adidas, Nike, Amazon, Levi’s и Uniqlo.

Новый подход к ведению кампаний 

IndustriALL имеет многогранную стратегию по изменению отрасли, опирающуюся на наши стратегические цели. Мы защищаем права трудящихся, проводя кампании против их нарушения, когда они происходят.

Мы создаем сильные профсоюзы, поощряя сотрудничество, создавая сети в компаниях и развивая национальные структуры для объединения профсоюзов в их противостоянии работодателям. Наиболее продвинутую модель этого мы имеем в H&M и Inditex, где действуют Национальные комитеты по мониторингу и глобальный профсоюзный совет Inditex.

Мы боремся с нестандартной занятостью, ведя кампании за гарантии занятости и зарплат в этой отрасли. Поскольку мы хотим видеть разработку устойчивой промышленной политики в странах-производителях, мы являемся решительными сторонниками этого сектора и хотим видеть, как он успешно развивается и продолжает создавать качественные рабочие места.

Мы противостоим глобальному капиталу, ведя кампании против брендов, нарушающих права трудящихся. Но мы также нацелены на осуществление системных перемен: во-первых, мы подписываем глобальные рамочные соглашения (ГРС), гарантирующие стандарты в цепочках поставок и устанавливающие механизм разрешения споров. При этом мы смотрим дальше ГРС с отдельными компаниями, нацеливаясь на имеющие юридическую силу соглашения, которые будут регулировать этот сектор. Мы выступаем за устойчивую промышленную политику, такую как Призыв МОТ к действию, требуя устойчивых систем социальной защиты для становления более справедливой и стрессоустойчивой швейной промышленности.

Развивающийся комплекс законов по цепочкам поставок начинает оказывать влияние на ситуацию. По мере того как эти законы становятся все более преобладающими и начинают создавать прецеденты, они будут все настойчивее требовать от компаний взять на себя ответственность за свои цепочки поставок. Одним из путей достижения этого является поддержка отраслевых переговоров и профсоюзного объединения работников. Это снимает ответственность с работников контрольных служб брендов и возлагает ее на прочные процессы и структуры на национальном уровне.

Наиболее эффективным способом решения проблем в отрасли является изменение баланса власти между ее действующими лицами. Поскольку никто не расстается с властью охотно, наилучший путь здесь – создать структуры, которые уравновешивают взаимную выгоду с обязательствами.

В силу сложности отрасли, ни одно действующее лицо не в состоянии изменить систему в одиночку. Системные изменения требуют широкой коалиции: критической массы действующих лиц, которые поддерживают концепцию устойчиво развивающейся отрасли. Когда интересы сближаются, мы можем задавать направление изменениям. Это равновесие шаткое, и необходимо ведение целенаправленных кампаний, чтобы двигать ситуацию в правильном направлении.

Нам необходимо сосредоточить наши кампании на тех брендах, которые подрывают позитивный процесс.

Объединяя нужных действующих лиц для совместной работы, мы сможем создать здоровую и яркую текстильную и швейную отрасль, дающую качественные рабочие места тысячам трудящихся и производящую высококачественную одежду, которую людям будет приятно покупать и носить.