СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТАЖ Global Worker No 1, июнь 2022 года
	Тема: Глобальный механизм разрешения трудовых споров Текст: Уолтон Пэнтланд

Роль для МОТ

Самым близким к понятию международного суда по трудовым вопросам является Комитет по применению норм (КПН) Международной организации труда (МОТ), который заслушивает сообщения о нарушениях прав трудящихся каждое лето во время Международной конференции труда. Но КПН заслушивает жалобы только против правительств, а не компаний, и имеет очень ограниченную власть в плане наложения наказаний.

С технической точки зрения, для МОТ было бы практически осуществимо управлять глобальным трудовым арбитражем посредством международного соглашения, такого как соглашение сторон РКИК ООН по выбросам (Парижское соглашение) или Всеобщая декларация прав члеовека. Однако это зависит от политической воли стран-членов, которая в настоящее время отсутствует.

Здание МОТ в Женеве. Фото: Марсель Крозе/МОТ

МОТ

МОТ была основана в 1919 году в качестве институционализированного компромисса между капиталом и трудом, который управляется посредством трехсторонней структуры с участием государства и регулируется нормами, установленными международным органом.

Толчком для создания МОТ – старейшей международной организации в системе ООН – была реакция на Первую мировую войну и страх революции. После того как война разрушила здание старого мира, волны революции покатились по России, Германии и другим странам. Правительства стран мира поняли, что без социальной справедливости мира не будет, и занялись созданием всемирного органа, который будет управлять миром труда посредством социального диалога.

По мере того как страх перед революцией сходил на нет, а капиталистический реализм  занимал господствующие позиции, произошел отход от ценностей МОТ. Государства сговорились подорвать право на забастовку, и Конвенции МОТ часто не соблюдаются. Наблюдаемый сегодня по всему миру подъем авторитарных режимов правления означает, что нарушения прав трудящихся во всем мире растут. Даже в продвинутых демократиях законы о труде стали более расплывчатыми или утратили свою актуальность с развитием платформенной занятости, и в защите прав трудящихся виден большой шаг назад.

Несмотря на снижение влияния и статуса МОТ, необходимость управлять капиталом и предотвращать его наихудшие бесчинства сохраняется, и концепция глобальной сделки между трудом и капиталом вновь подтверждает свою значимость, но уже другими путями. В отсутствие прочной международной системы, поддерживаемой глобальным социальным диалогом, появилось некое лоскутное одеяло отдельных мер, предназначенных для того, чтобы призывать компании к ответу.

Многие потребители приходят в ужас, когда узнают, что покупаемая ими продукция произведена за счет безжалостной эксплуатации трудящихся, и они потребовали действий от компаний и правительств; результатом стал растущий корпус законодательных актов, регулирующих глобальные цепочки поставок.

Наиболее прогрессивным из них является принятый в Германии закон о цепочках поставок, Lieferkettengesetz. С 1 января 2023 года трудящиеся и защитники их прав смогут возбуждать в германских судах дела против германских компаний за нарушения экологических норм и прав человека в их цепочках поставок, включая нарушение прав трудящихся.

Аналогичные законы, не такой смелые, но преследующие те же цели, действуют и в других странах, и Европейская комиссия опубликовала проект Директивы о правозащитной экспертизе компаний. Если Европейский парламент ее примет, она должна будет траспонироваться в национальные законодательства всех стран-членов ЕС.

Другим путем обеспечения средств правовой защиты являются Руководящие принципы ОЭСР для многонациональных предприятий. Эти руководящие принципы не имеют юридической силы, но каждая из пятидесяти придерживающихся этих принципов стран имеет Национальный контактный пункт, который занимается приемом и рассмотрением жалоб. Кроме того, в ООН ведутся переговоры о подписании юридически обязательного  Договора ООН о предпринимательской деятельности в аспекте прав человека.

План действий IndustriALL, принятый на Конгрессе в 2021 году, призывает к разработке механизма примирения сторон и арбитража в международных трудовых спорах (ILCA), чтобы обеспечить выполнение имеющих юридическую силу соглашений между глобальными профсоюзами и транснациональными компаниями.

В 2016 году Глобальные профсоюзы IndustriALL и UNI возбудили арбитражное дело в Постоянном третейском суде (ПТС) против двух брендов одежды за нарушения Бангладешского Соглашения. Находящийся в Гааге ПТС представляет собой международную арбитражную службу, которая может урегулировать споры по контрактам посредством арбитража, примирения сторон и посредничества. Бангладешское дело стало первым, когда ПТС использовался для разрешения спора между глобальными профсоюзами и транснациональными корпорациями.  Первый бренд согласился на урегулирование спора в декабре 2017 года, а второй – в январе 2018. В 2018 году ПТС закрыл дело, поскольку бренды выполнили все условия по урегулированию спора, включая выплату более 2,3 миллиона долларов США для устранения небезопасных условий труда на бангладешских фабриках по пошиву готовой одежды. Соглашение распределило эти средства между соответствующими фабриками.

Хотя эта победа была важной, сам процесс оказался дорогостоящим, долгим и сложным, продемонстрировав, что нам нужен более эффективный путь разрешения международных трудовых споров. В рамках урегулирования этого дела бренды также сделали взнос в созданный глобальными профсоюзами Фонд поддержи работников цепочек поставок. Эти средства использовались для финансирования разработки более приемлемого инструмента – механизма примирения сторон и арбитража в международных трудовых спорах (ILCA), основанного на Гаагских правилах арбитража по делам бизнеса и прав человека. Гаагские правила реализовали на практике Руководящие принципы ООН для предпринимательской деятельности в аспекте прав человека, создав надежный инструмент, соответствующий международным нормам, который может включаться в соглашения между глобальными профсоюзами и транснациональными компаниями.

Рабочее движение подняло национальные коллективные переговоры на глобальный уровень путем заключения Глобальных рамочных соглашений (ГРС) с ТНК. С тех пор как было подписано первое ГРС между интернационалом пищевиков IUF и компанией Danone в 1988 году, было заключено много таких соглашений.

ГРС используют коллективную переговорную силу профсоюза в стране происхождения ТНК для распространения прав трудящихся на другие страны, где действует эта компания, обычно гарантируя – в качестве минимума – нейтралитет менеджмента и отказ от попыток воспрепятствовать профсоюзному объединению работников. Однако, хотя некоторые ГРС имеют правовую основу, восходящую к национальному законодательству, трудно обеспечивать их выполнение во всех юрисдикциях. В ряде случаев нет никакого иного наказания за совершенное нарушение, кроме выхода из такого соглашения.

Для создания имеющих юридическую силу ГРС с механизмом разрешения споров в глобальные соглашения необходимо включать механизм примирения сторон и арбитража в международных трудовых спорах (ILCA). Но компании неохотно идут на подписание юридически обязательных к исполнению соглашений, рассматривая их как ограничительные меры, которые увеличивают обязательства, не добавляя выгоды.

Необходимость продемонстрировать готовность к действиям после трагедии на Рана Плаза привела к тому, что многие всемирные бренды одежды подписали в 2013 году имеющее юридическую силу Бангладешское Соглашение с Глобальными профсоюзами UNI и IndustriALL. Бангладешское Соглашение теперь расширено до статуса Международного Соглашения, сосредоточенного на обеспечении охраны труда в этом секторе. Условия Международного Соглашения делают его юридически обязательным к исполнению, поскольку его выполнение может быть обеспечено в принудительном порядке в стране происхождения подписавшей соглашение компании.

Отсутствие единой глобальной системы привело к появлению пестрого набора разрозненных механизмов для призыва компаний к ответу. Это «лоскутное одеяло» становится все более плотным и многоэлементным, и сегодня ведется творческая, новаторская работа по составлению из его компонентов единого глобального механизма подачи и рассмотрения жалоб. Наиболее эффективным способом здесь является заключение глобальных соглашений, включающих в себя механизм ILCA. Но и при отсутствии таких соглашений профсоюзы смогли добиваться для трудящихся правосудия, комбинируя законодательство, Руководящие принципы ОЭСР, обязательства, принятые а рамках коллективных договоров и соглашений, кодексы поведения компаний и т.п.

В текстильном и швейном секторе, например, есть целый ряд инструментов, которые используются профсоюзами:

• Имеющее юридическую силу Международное Соглашение, которое подписано 174 брендами.
• Механизм примирения сторон и арбитража при международных трудовых спорах (ILCA), который стороны Соглашения могут использовать для разрешения споров
• ГРС между глобальными профсоюзами и брендами.
• Сети профсоюзов, позволяющие профсоюзам в стране происхождения компании поднимать перед ее руководством вопросы от имени профсоюзов в странах-производителях.
• Законодательство в постоянно растущем числе стран, которое требует от брендов демонстрировать соблюдение их поставщиками прав человека и трудящихся (правозащитная экспертиза).

Поскольку многие развивающиеся страны не имеют хорошо развитой системы трудовых отношений или систем социальной защиты, некоторые бренды образовали партнерства с профсоюзами для развития трехстороннего социального диалога посредством программы Действий, Сотрудничества и Трансформации (ACT). Программа ACT включает механизм подачи и рассмотрения жалоб, который участники программы – глобальные бренды, фабрики-поставщики, глобальные профсоюзы и национальные профсоюзы – согласились принять как имеющий юридическую силу.

Многие другие секторы имеют свои собственные компоненты, которые могут объединяться для рассмотрения жалоб аналогичным образом. По мере того как эта становящаяся все более плотной сеть законодательных актов, соглашений и механизмов растет, начинает приобретать очертания некая рамочная структура единой глобальной системы.

Одной из трудностей для глобального механизма подачи и рассмотрения жалоб, состоящего из пестрого множества национальных законов и соглашений, является то, что он имеет юридическую силу лишь в некоторых юрисдикциях. Можно утверждать, что это дает конкурентное преимущество компаниям, базирующимся в тех странах, где они могут безнаказанно нарушать права работников, и наносит дорогостоящий ущерб компаниям, которые обязаны демонстрировать соблюдение этих прав своими поставщиками. Наиболее ярким примером здесь является Китай, где многие из видов мировой продукции производятся работниками, не имеющими никаких прав на независимое представительство своих прав и интересов.

Однако мы не должны забывать, что и США не ратифицировали основополагающие Конвенции МОТ. Многие штаты в стране имеют ограничительное антипрофсоюзное законодательство, и североамериканские компании, в целом, не подписали ни Международного Соглашения, ни ГРС, ни иных глобальных соглашений.

В кратко- и среднесрочной перспективе, профсоюзы должны сделать упор на построении все более плотной сети законов, соглашений и обязательств, позволяющих призывать компании к ответу, включая интеграцию механизма ILCA в ГРС. Чем больше инструментов используется, тем больше создается прецедентов.

В долгосрочном плане, однако, нам нужен имеющий юридическую силу договор ООН и Конвенция МОТ по цепочкам поставок, а также глобальная арбитражная система, управляемая через МОТ или специальный орган, созданный по подобию МГЭИК. Наилучшим средством формирования политической воли, чтобы достичь всего этого, является демонстрация того, что глобальная система является менее сложной и более справедливой, чем пестрое собрание сшитых вместе норм. Наличие ровного для всех игрового поля в плане защиты прав трудящихся отвечает интересам и компаний, и стран точно так же, как Всемирная торговая организация решает вопросы мировой торговли.

Наилучшим уровнем для урегулирования споров является местный: глобальная арбитражная система будет функционировать, поддерживаяч развитие прочных национальных арбитражных систем, где независимые профсоюзы, объединения работодателей и национальные правительства будут стараться разрешать споры на самом низовом из возможных уровне: в идеале – на предприятиях, в учреждениях и организациях с привлечением профсоюза. Если это не сработает, средства правовой защиты можно было бы искать в национальной арбитражной системе, и обращаться к глобальной системе только в качестве последнего прибежища.

Чтобы все это давало нужные результаты, странам необходимо разработать системы социального обеспечения, которые смогут распределять среди трудящихся средства правовой защиты наряду с пособиями по безработице, пенсиями и т.п.

В мире раздаются все более громкие призывы к всеобщему признанию и соблюдению прав трудящихся. Многие работники в промышленно развитых странах увидели связь между эксплуатацией трудящихся в развивающихся странах и снижением зарплат и эрозией своих прав у себя дома. Глобальные нормы трудовых отношений пресекают гонку ко дну и защищают людей труда во всем мире.

Профсоюзам необходимо претворить этот призыв в некую глобальную систему, способную призывать капитал к ответу и добиваться правосудия для трудящихся везде, где бы они ни работали.