ЮАР: Zara обвиняют в плагиате

Zara признала свою вину, сняв часть моделей с продажи. Они появились в магазинах ЮАР, США и Великобритании. SACTWU призывает Zara вместо того, чтобы заниматься подражанием, наладить сотрудничество с местными дизайнерами и швейными фабриками, чтобы создать больше рабочих мест в швейной промышленности.

По словам SACTWU, копируя эскизы, крупные транснациональные компании игнорирует “маленький народ”, чей бизнес уязвим перед такими методами и в результате может прийти в упадок. Профсоюз утверждает, что нишевый рынок для таких небольших брендов – хлеб насущный, и что массовое производство таких крупных ритейлеров как Zara может его легко уничтожить. Местные дизайнеры рискуют лишиться местного и мирового рынка.

Говорит генеральный секретарь SACTWU Андре Крил:

“Кажется, им удобно вести себя как колонизаторы. Они делают деньги в Южной Африке, просто экспортируют их в Испанию и наносят ущерб местным фабрикам и рабочим. Теперь они грабят наши культурные ценности и по ходу дела наносят ущерб нишевому модельеру”.

Далее Крил поясняет:

“Международный бренд Zara, похоже, присвоил эскизы южноафриканского доморощенного таланта, потрясающего местного дизайнера Ладумы Нгксоколо и его бренда maXhosa. Если это так, а об этом, без всякого сомнения, свидетельствуют ‘случайные’ стилистические совпадения между некоторыми моделями Zara и культовыми творениями maXhosa, это было бы худшей формой колониализма в мире моды: присвоение глобальными влиятельными ритейлерами из развитых стран интеллектуального и культурного наследия гораздо менее известных дизайнеров из развивающихся стран”.

SACTWU считает, что бренд Zara больше интересует коммерческая ценность, чем права на интеллектуальную собственность.

“Культура, творчество и стиль сводятся к посредственной игре, в которой можно присвоить или скопировать, особенно, если элементы дизайна считаются экзотическими, необычными или основанными на местных традициях. Нет никакого уважения к истокам творения, их содержанию, истории и значению”.

Комментирует региональный секретарь IndustriALL в странах Африки к югу от Сахары Поль Франс Ндессомин:

“Вместо того, чтобы уничтожать, крупные бренды должны продвигать проекты местных дизайнеров и фабрики. Поэтому мы поддерживаем кампанию SACTWU, нацеленную на достижение соглашения с Zara.

С прошлого года SACTWU пытается добиться от Inditex, материнской компании бренда Zara, закупать товары в Южной Африке, чтобы спасти от закрытия местные швейные фабрики, но компания отказывается заключать соглашение.

еСватини: Профсоюз празднует судебную победу

Больше не существует двух профсоюзов, поскольку теперь они – части профсоюза ATUSWA, зарегистрированного комиссаром по трудовым вопросам.

В постановлении суда говорится: “В свете представленных в суде доказательств и в соответствии с действующим законодательством все объединенные профсоюзы прекратили существование и больше не действуют. Их членство, права и обязанности переходят к вновь созданному профсоюзу ATUSWA”. Это ставит точку на попытках объединенных профсоюзов вернуться к своим старым названиям и прежней автономии. Старые профсоюзы при поддержке со стороны работодателей и некоторых членов правительства стремились разобщить и ослабить ATUSWA.

Тем не менее, судебный процесс нанес серьезный удар по финансам ATUSWA, потому что профсоюз не смог получить взносы от членов, на которых претендовали старые профсоюзы. Поэтому понятно облегчение, которое принесла профсоюзу эта судебная победа. Суд постановил, что судебные издержки оплачивают профсоюзы, подавшие иск.

ATUSWA поблагодарил Конгресс профсоюзов Свазиленда за поддержку в ходе судебного разбирательства. Он также оценил позицию IndustriALL, который “верил в нашу организацию, когда это было непопулярно. Мы смогли сохранить огонь борьбы благодаря поддержке со стороны IndustriALL.

Генеральный секретарь ATUSWA Уандер Мхонза говорит:

“Работодателям, воспользовавшимся ситуацией, чтобы подорвать право на свободу объединения и коллективные переговоры, мы говорим ‘позор вам’. Рабочие, принявшие сознательное решение о создании этого гигантского профсоюза и поддержавшие его руководство, войдут в историю, потому что они отстояли свои права, несмотря на мешавшие этому разногласия”.

Региональный секретарь IndustriALL в странах Африки к югу от Сахары Поль Франс Ндессомин комментирует:

“Зачастую из-за неопределенности, вызванной юридическими проблемами, профсоюзы вынуждены тратить время на судебные баталии, которое могло быть потрачено на основную деятельность. Поэтому мы присоединяемся к радости ATUSWA по поводу одержанной судебной победы. Мы должны использовать этот момент, чтобы сосредоточиться на предстоящей важной работе по вовлечению в профсоюз и объединению большего числа рабочих”.

28 апреля: Скорбим по погибшим и боремся за живых

28 апреля – день печали и гнева, публичного траура в память обо всех рабочих, погибших вследствие опасных, нездоровых и неприемлемых условий труда: в результате внезапно произошедшей смертоносной аварии, медленно развивающегося профессионального заболевания или самоубийства, вызванного стрессом на работе.

В смертельных случаях на рабочем месте виноваты условия труда, а не рабочие. IndustriALL проводит кампании, нацеленные на повышение уровня охраны труда и безопасности в горнодобывающей и текстильной отраслях промышленности, добиваясь прекращения использования пескоструйной обработки и запрета асбеста, и более широкие кампании по улучшению охраны труда и безопасности во всех отраслях и компаниях, рассматривающих рабочую силу как одноразовый товар.

Миф о том, что в большинстве несчастных случаев виноваты безответственные рабочие, используется для того, чтобы обвинить жертвы и оправдать программы оценки выполнения работниками своих обязанностей по технике безопасности. Однако подумайте о непрекращающемся потоке информации о смертоносных авариях в горнодобывающей промышленности или о почти двух миллионах рабочих, ежегодно умирающих от профессиональных заболеваний. Ни один из этих случаев не был результатом безответственности со стороны работников.

Требование безупречной, постоянной бдительности – это не система безопасности. Напротив, это инструмент шантажа для создания атмосферы страха, чтобы рабочие боялись сообщать о несчастных случаях, это пропагандистский инструмент для того, чтобы избежать ответственности и обязательств по возмещению вреда.

Безопасность и охрана труда – это вопрос профсоюзов. Давайте заберем его у политиканов, консультантов, апологетов, психологов, страховщиков и юристов, которые взяли его у нас.

Охрана труда и безопасность на рабочем месте коренным образом связаны с правами трудящихся:

• Знать о факторах риска на рабочем месте

• Отказаться от выполнения опасных видов работ или остановить выполнение

• Участвовать в принятии решений, касающихся охраны труда и безопасности

Мы, рабочие, имеем моральное право знать о всех без исключения факторах риска, возникающих в результате использования материалов, инструментов и оборудования, с которыми мы работаем, особенно химических веществ. Нехватка данных о результатах воздействия токсических веществ должна быть восполнена независимыми исследованиями. Промышленная тайна, частый повод для сокрытия факторов риска, оставляет в неведении только рабочих и потребителей – конкуренты знают, что содержится в продуктах соперников.

Мы требуем абсолютного права отказаться от выполнения или прекратить выполнение любой работы, которую мы считаем опасной для здоровья или жизни людей, не опасаясь возмездия или дисциплинарного взыскания. Мы требуем проведения совместного расследования причин отказа и принятия совместного соглашения, нацеленного на решение проблем.

Мы требуем всестороннего участия в разработке и осуществлении политики, программ, процедур, оценок рисков, контроля, проверок и расследований в области охраны труда и безопасности. Вопросы охраны труда и безопасности должны решаться с нашим участием, а не для нас – на кону наша жизнь и здоровье, а моральный авторитет в оценке рисков принадлежит тем, кто с ними сталкивается.

В глобальном масштабе многие работники вообще не имеют прав на охрану труда и обеспечение безопасности. Даже в самых лучших регионах мы идем на компромиссные решения в отношении этих трех основных прав. Мы должны добиться, чтобы рабочие пользовались ими в полной мере.

В конечном итоге все очень просто. У рабочих есть права, у работодателей есть обязанности, а профсоюзы добиваются, чтобы труд был более безопасным.

Свободу Луле!

Обращаясь к 150 членам Исполнительного комитета IndustriALL и представителям глобальных союзов, президент IndustriALL Йорг Хофманн подчеркнул, почему важно проявить солидарность и поддержать Лулу.

Лула имеет право на объективное рассмотрение его дела. Мы призываем правительство Бразилии немедленно начать соблюдать международное право и защищать основные права,

сказал Хофманн.

И что очень важно, Луле должны разрешить баллотироваться на следующих президентских выборах.

В Бразилии усиливаются атаки на демократию: они варьируются от планомерного саботажа президентских выборов в 2014-ом до парламентского государственного переворота против президента Дилмы Русеф в 2016 году. Были попытки сократить социальные программы и ослабить основные права трудящихся.

Политика Лулы помогла миллионам бразильцев улучшить свою жизнь. Он – самый популярный политик, пользующийся огромной поддержкой. Незаконный арест подрывает демократию, лишая народ Бразилии права выбирать, кого он хочет видеть в качестве президента.

Лула защищает трудовые права и вдохновляет своим примером защитников прав трудящихся в других странах,

сказал генеральный секретарь IndustriALL Вальтер Санчес.

Эта атака на Лулу – атака на всех рабочих, борющихся за свои права, атака на демократию и на конституцию Бразилии.

После демонстрации представители IndustriALL, МКП и глобальных союзов UNI, PSI и IUF передали письмо бразильской миссии при ООН, в котором потребовали от правительства Бразилии:

Женский комитет IndustriALL продолжает кампанию по искоренению насилия

Большинство отраслевых заседаний IndustriALL проходят с нарушением 40-процентной нормы представительства женщин. Со времени последней встречи Женского комитета, состоявшейся в ноябре 2017 года, были приняты меры по улучшению ситуации с представительством женщин.

Профсоюзы достигли консенсуса по вопросу о том, что проблемы женщин – это проблемы профсоюзов, и региональные доклады подтверждают, что в этом направлении были предприняты конкретные шаги.

Президент Иракской федерации профсоюзов Басры Хашмея Альсаадаве сообщила о преодолении 30-процентного барьера представительства женщин, и это действительно большой шаг вперед, поскольку процесс вовлечения женщин в профсоюзы начинался с нуля.

Необходимо, чтобы наши профсоюзные братья взяли на себя большие обязательства для того, чтобы расширить возможности женщин,

сказала представитель бразильского членского профсоюза CNQUT Лусинейде Варджо.

Борьба против насилия в отношении женщин на рабочем месте

Насилие в отношении женщин на рабочем месте характерно для всех отраслей промышленности. Эта проблема касается всех профсоюзов и всех членов профсоюзов, мужчин и женщин.

Международная конфедерация профсоюзов (МКП) проводит кампанию в поддержку принятия юридически обязательной конвенции МОТ против гендерного насилия на рабочем месте.

В июне на Международной конференции труда (МКТ) будет дан старт двухлетней дискуссии о возможном принятии конвенции и рекомендации против гендерного насилия в сфере труда.

Выступая перед членами Женского комитета, представитель МКП Ракель Гонсалес подчеркнула необходимость лоббирования профсоюзами юридически обязательной конвенции среди правительств и работодателей своих стран.

С тех пор, как в ноябре 2017 года IndustriALL объявил о начале кампания по борьбе с насилием в отношении женщин на рабочем месте, она набирает обороты. На сегодняшний день более 50 членских профсоюзов взяли на себя обязательство по искоренению гендерного насилия.

Говоря о кампании против насилия в отношении женщин, Хашмея подчеркнула большое значение этих усилий, поскольку на Ближнем Востоке женщины сталкиваются с агрессивным отношением практически повсеместно, во всех структурах, на рабочем месте и дома:

Мы боремся с насилием и добиваемся прогресса в регионе.

Президент шведского членского профсоюза IF Metall Мари Нильссон рассказала членам Женского комитета о том, какое влияние оказывает движение #MeToo в Швеции:

Мы обсудили с работодателями проблему сексуальных домогательств и создали совместную рабочую группу, чтобы вместе решать эту проблему на предприятиях.

Поскольку участники встречи сообщили о том, что профсоюзные структуры дали обещание бороться с гендерным насилием и выполняют его, Женский комитет еще раз подтвердил свою приверженность делу искоренения насилия и домогательств в отношении женщин на рабочем месте.

Международная премия за защиту прав трудящихся присуждается независимым профсоюзам Казахстана

Награда была учреждена норвежским профсоюзом Industri Energi, членской организацией IndustriALL, и включает в себя как денежную премию, так и поддержку профсоюзных проектов.

Глобальный союз IndustriALL поддержал номинантов и приветствует решение комитета по присуждению премии, состоящего из видных деятелей норвежского профсоюзного движения. К сожалению, ни один из трех профсоюзных лидеров не сможет отправиться в Норвегию на церемонию награждения.

В заявлении комитета по присуждению премии говорится: Три профсоюзных лидера проявили большую смелость, продолжив участвовать в профсоюзной борьбе. Сложная ситуация, в которой находятся лауреаты, – это лишь один из примеров жестокой реальности, с которой сталкиваются не только рабочие Казахстана, но и многие трудящиеся во всем мире”.

Ситуация с правами профсоюзов в Казахстане резко ухудшается. В 2017 году на Международной конференции труда МОТ в Швейцарии IndustriALL и Международная конфедерация профсоюзов (МКП) представили жалобу о нарушении прав трудящихся в Казахстане.

25 июля 2017 года Лариса Харькова, бывший председатель Конфедерации независимых профсоюзов Казахстана (КНПК), по сфабрикованному обвинению была приговорена к четырем годам ограничения свободы передвижения и 100 часам принудительного труда. Суд также постановил лишить профсоюзного лидера права занимать руководящие должности в общественных организациях сроком на пять лет.

В том же году ранее были задержаны и заключены под стражу председатель профсоюза работников нефтесервисной компании OCC Амин Елеусинов и трудовой инспектор Нурбек Кушакбаев после мирного массового протеста рабочих в Мангистауской области, участники которого требовали отменить решение о ликвидации федерации КНПК.

В попытке контролировать независимые профсоюзы после массового расстрела митинга нефтяников в Жанаозене в 2011 году власти приняли репрессивный закон, ограничивающий свободу профсоюзов. Этот закон лег в основу уголовного преследования трех лидеров.

Генеральный секретарь IndustriALL Вальтер Санчес сказал:

“Мы приветствуем решение о награждении в этом году Международной премией за защиту прав профсоюзов независимых профсоюзов Казахстана. Мы поддерживали их правое дело в прошлом и будем делать это в будущем, пока все работники этой страны не смогут всецело пользоваться своими правами человека и правами профсоюзов”.

Среди лауреатов премии прошлых лет были: Южноафриканский профсоюз работников торговли, погрузочно-разгрузочных работ, сельского хозяйства и смежных отраслей промышленности (2017 год), LabourStart (2016 год), Ассоциация учителей Бахрейна (2015 год), генеральный секретарь Национального профсоюза горняков и рабочих-металлистов Мексики Los Mineros Наполеон Гомес Уррутия (2014 год).

Более подробную информацию можно найти на сайте www.svenssonprize.com

ЮАР: Профсоюз протестует против преступной халатности Glencore

Марш был частью общенациональной забастовки, организованной Федерацией южноафриканских профсоюзов, в ходе которой десятки тысяч рабочих вышли на улицы главных городов ЮАР, чтобы не допустить внесения поправок в трудовое законодательство, ставящих под угрозу право на забастовку, и в знак протеста против новой минимальной заработной платы, слишком низкой для того, чтобы удовлетворить основные потребности работников.

Демонстранты потребовали, чтобы компания Glencore перестала ухудшать условия труда и заработную плату, препятствовать профсоюзной деятельности, лишать работников права на свободу объединения и загрязнять окружающую среду, безответственно утилизируя ненужные кислотные отходы на своих производственных объектах.

Директор IndustriALL по вопросам горнодобывающей промышленности Глен Мпуфане говорит:

Такие транснациональные компании как Glencore должны ответственно подходить к горнодобывающей деятельности, уважая права трудящихся и права человека, участвуя в коллективных переговорах и защищая интересы и права общин, пострадавших от разработки шахт. Чтобы достичь этой цели, мы продолжим нашу кампанию по принуждению Glencore к соблюдению этих требований.

NUMSA требует, чтобы Министерство труда ЮАР перерегистрировало металлургические заводы и наказало руководителей, которые участвуют в коллективных переговорах и нарушают конвенции МОТ. Кроме того, Glencore должна сотрудничать с NUMSA, как с наиболее представительным профсоюзом, на своих угледобывающих предприятиях. Временным и заёмным рабочим необходимо обеспечить справедливые условия в отличие от тех, в которых они работают сегодня – меньшая заработная плата за равный труд, плохие условия и низкий уровень охраны труда и безопасности.

Представитель NUMSA Табо Могоро, передавая петицию сотрудникам Glencore, спрятавшимся за металлическими воротами, сказал:

Мы хотим сообщить Glencore, что это начало серии акций, которые мы предпримем, чтобы отбить атаку на рабочих, бедняков и их семьи. Мы выступили против Glencore в знак протеста против злоупотребления правами рабочих и местных жителей, против загрязнения окружающей среды не только в Южной Африке, но и на международном уровне.

Представители NUMSA вошли в состав миссии IndustriALL, организованной в феврале в ДРК, которая осудила нарушения прав человека и прав трудящихся на объектах Glencore на шахте Мутанда и на медной шахте Камото. В частности, рабочие жаловались на постоянные угрозы увольнения, неудовлетворительные меры по охране труда, профессиональные заболевания, расизм и дискриминацию, несправедливую классификацию должностей, низкую оплату труда и на то, что зарплата местных рабочих меньше, чем иностранных.

Профсоюз осудил сброс кислотных отходов медеплавильного завода Луилу в Колвези в местные реки. Проблемы с утилизацией кислотных отходов существуют и в южноафриканской провинции Мпумаланга, местные жители которой будут вынуждены еще долго после прекращения добычи использовать загрязненную воду.

СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТАЖ: Glencore: бездушный гигант на рынке сырьевых товаров

Текст: Валтон Пентленд

Когда Глобальный союз IndustriALL посетил Конго в феврале 2018 года, чтобы встретиться с местными профсоюзами на рудниках Glencore, компания отказала ему в доступе на свои предприятия, а силы безопасности попытались разогнать профсоюзное собрание, проведенное в церкви, и арестовать его организаторов. Что же они скрывают?

Опубликованные в прошлом году «документы с райских островов» свидетельствовали, что Glencore заплатила огромные суммы коррумпированному «посреднику» за получение горной концессии в ДРК. В добавление к репутации коррумпированной компании, нарушающей права человека и разрушающей экологию, то, как Glencore обращается со своими работниками и в ДРК, и на более чем 150 других предприятиях по всему миру, является скандалом, который не получил того внимания, которого заслуживает.

Число напрямую нанятых работников компании во всем мире составляет 83.679 человек, а вместе с субподрядом доходит до 145.977. Глен Мпуфане, директор IndustriALL по вопросам горнодобывающей промышленности, говорит:

«Для Glencore работники – расходный материал, такой же заменяемый ресурс, как любой другой.»

Это относится и к шахтерам принадлежащей Glencore угольной шахты Oaky North в Австралии, которые подверглись локауту и 230 дней не допускались на предприятие, и к работникам компании CEZinc в Канаде, которым пришлось бастовать девять месяцев, чтобы не допустить посягательства на свои пенсии, и к потере тысяч рабочих мест в Замбии в результате использования нестандартной занятости, и к череде аварий и несчастных случаев, которые можно было предотвратить, в шахте Серрехон в Колумбии, и к ужасающим условиям труда в ДРК.

Кампания IndustriALL против Glencore

На заседании своего Исполнительного комитета в Шри-Ланке в октябре 2017 года IndustriALL объявил о развертывании кампании против Glencore. Это решение было принято после многолетних безуспешных попыток наладить глобальный диалог с компанией для разрешения кризисных ситуаций, касающихся прав трудящихся и охраны труда и безопасности на ее предприятиях во всем мире.

Выступая по случаю начала кампании, Тони Маэр, председатель австралийской членской организации, Профсоюза работников строительства, лесных отраслей, горнодобывающей и машиностроительной промышленности (CFMEU), сказал:

«У Glencore нет корпоративной души. Эта компания – чудовище Франкенштейна, части тела, сшитые вместе».

Glencore представляет собой гибрид, единственная цель которого – зарабатывать деньги, корпоративный колосс, схвативший ресурсы планеты за горло. Компания выстроила крайне сложную сеть из 80 и более дочерних предприятий на пяти континентах, используя корпорации-пустышки, фиктивные партнерства и оффшорные счета, чтобы затруднить отслеживание сделок и избегать уплаты налогов, и работает с продажными посредниками, чтобы получить доступ к ресурсам.

Профсоюзы, представляющие работников Glencore в Австралии, Аргентине, Боливии, Великобритании, Германии, ДРК, Замбии, Италии, Канаде, Колумбии, Норвегии, Перу, Чили и ЮАР, собрались вместе, чтобы скоординировать свои действия против компании: многие уже сталкивались с высокомерием и неуступчивостью Glencore в своих странах.

Заместитель генерального секретаря IndustriALL Кемаль Озкан отмечает:

«Цель кампании – обуздать это чудовище, не дать ему причинять еще больший вред. Членские организации IndustriALL добиваются ведения переговоров с компанией на глобальном уровне, создания прозрачного механизма для урегулирования споров, где бы они ни возникали».

Общая информация о компании

Криминальное прошлое Glencore – ее основатель почти 20 лет фигурировал в списке самых разыскиваемых преступников ФБР – и ее неизменное неуважение к закону означает, что компания старается держаться в тени и не попадать в свет прожекторов. Однако в последнее время, после того, как акции компании стали публично котироваться на фондовых биржах в 2011 году, и скандальных разоблачений, связанных с Панамским досье, «документами с райских островов» и электронной перепиской Хиллари Клинтон, новая информация о поведении этой компании вышла на свет.

Glencore, изначально именовавшаяся Marc Rich + Co, была основана в 1974 году Марком Ричем, бельгийско-американским торговцем сырьевыми товарами. До Рича в производстве и торговле нефтью доминировали крупные устоявшиеся компании, такие как BP и Exxon, которые заключали долгосрочные сделки со стабильными правительствами. Рич летал по зонам военных конфликтов с заемными деньгами, заключая сделки с чиновниками по закупке у них нефти напрямую. Рич сделал два больших нововведения в торговле товарами сырьевой группы: наплевал на международное законодательство и начал использовать леверидж (закупку товаров на заемные средства с последующей их перепродажей с прибылью), чтобы монополизировать прибыльные рынки.

Состояние компании строилось на уклонении от уплаты налогов и нарушении санкций: Рич нарушал международные торговые эмбарго и вел бизнес с неприкасаемыми режимами всех оттенков политического спектра, включая Иран во время кризиса с заложниками, Ливию при Каддафи, Чили при Пиночете и апартеид в ЮАР. Рич также вел дела с Ким Ир Сеном в Северной Корее, Слободаном Милошевичем в Югославии, с Фердинандом Маркосом на Филиппинах и через осужденного за отмывание денег Жильбера Шагури с Сани Абачей в Нигерии.

Нимало не стесняясь источников своего богатства, Рич заявлял, что нарушение эмбарго ООН на торговлю с ЮАР приносило ему «самые большие и самые выгодные» сделки.

В 1980-х Рич сотрудничал с израильской секретной службой Моссад в строительстве тайного трубопровода для продажи иранской нефти Израилю. В 1983 году в США Ричу было предъявлено обвинение в уклонении от налогов, мошенничестве, торговле с врагом и незаконных деловых операциях. Сбежав от правосудия и почти два десятилетия находясь в списке десяти самых разыскиваемых преступников ФБР, он укрылся в Швейцарии.

Хотя Рич был помилован Биллом Клинтоном – крайне спорное решение – в последний день пребывания Клинтона в должности Президента в 2001 году, штаб-квартира Glencore по-прежнему находится в швейцарском кантоне Цуг. Несмотря на то, что компания является крупнейшей в Швейцарии и занимает 16-е место в Fortune Global 500, рейтинге 500 крупнейших компаний мира, Glencore предпочитает держаться в тени.

В 2011 году компания стала открытым акционерным обществом, и ее акции начали котироваться на трех фондовых биржах: Лондонской, Гонконгской и Йоханнесбургской. Выпуск акций в открытую продажу вынудил компанию согласиться на более пристальное наблюдение за своей деятельностью, и сегодня Glencore более широко освещает свое ведение бизнеса. Проспект компании откровенно говорит о том, что ее стратегия ориентирована на работу в неустойчивых средах с высокой степенью риска.

Лаура Картер, заместитель регионального секретаря IndustriALL по странам Латинской Америке, имеет большой опыт работы с Glencore:

Glencore наживается на горе других. Это монстр на пуантах, он выискивает точки, где образуется дефицит, возникает катастрофа, и с хирургической точностью ставит там свою ногу

Бизнес-модель состоит в том, чтобы брать деньги в долг для приобретения контрольных объемов сырья, воздействуя на его цену и потенциально получая гигантскую прибыль. Изначально Glencore торговала главным образом нефтью, но со временем перешла на уголь, цинк, медь, свинец, никель, ферросплавы, чугун, алюминий и сельскохозяйственную продукцию.

Усмотрев выгоду в том, чтобы контролировать не только сбыт, но и производство, Glencore в 1990 году начала инвестировать средства в горнодобывающую компанию Xstrata. В 2013 году Glencore провела слияние с Xstrata, на тот момент крупнейшей угольной компанией в мире, и поглотила целый ряд значительных горнодобывающих операторов. Компания двинулась вверх по цепочке поставок сырьевых товаров, беря под контроль первичную добычу, а также обогащение, переработку и логистику, и стала приобретать контрольные пакеты акций шахт и рудников, угольных терминалов и перевозчиков, нефтеперерабатывающих и металлургических заводов и складских компаний. Glencore также проникла в сельское хозяйство, скупая акции производителей и переработчиков зерна, растительных масел, хлопка, сахара и акции хранилищ.

Модель Glencore по использованию заемных средств для торговли едва не привела ее к банкротству в 2015 году, когда всемирный обвал цен на товары сырьевой группы сделал компанию крайне уязвимой и лишил ее возможности погашать свои долги.

Чтобы обеспечить себе более устойчивые и долгосрочные источники финансирования торговых сделок по сырью, Glencore начала создавать партнерства с государственными инвестиционными и суверенными фондами, такими как  Инвестиционное управление Катара (QIA), которому принадлежат 8,2 процента акций Glencore. В 2017 году QIA и Glencore приобрели 19,5 процентов акций Роснефти, российской государственной компании энергетического сектора. Другие суверенные фонды из Норвегии, ОАЭ, Сингапура и Китая также выступали крупными инвесторами Glencore.

Генеральный директор Glencore Айван Глазенберг владеет 8,4 процента акций Glencore, что связывает его личное состояние с благополучием компании.

Созданная Glencore непрозрачная сеть компаний-пустышек и посредников позволяет ей показывать убытки в странах, где она занимается добычей сырья, и продавать эту продукцию за гроши дочерним компаниям в налоговых убежищах.

Неуважение к закону

В 2015 году Glencore была оштрафована в ЮАР за поставку некачественного угля электроэнергетической компании Eskom, а в 2017 году обвинена правительством Ганы в незаконном импорте и перепродаже нефтепродуктов.

Рудник Мак-Артур-Ривер в Австралии не выплачивал роялти правительству страны с момента своего открытия в 1995 году, а в 2017 налоговое управление вынесло решение, что Glencore занизило объем облагаемого налогом дохода, уведя в оффшор 190 миллионов долларов США. Компанию также обвинили в уклонении от налогов в Замбии в 2011 году, а в 2018 Апелляционный суд Великобритании утвердил наложение санкций на Glencore за уклонение от налогов.

Дочерней компании Xstrata грозит суд в Великобритании после обвинения в том, что она заплатила полицейским силам в Перу за разгон протестантов. В 2017 году Лондонская биржа металлов оштрафовала Glencore на 1.4 миллион долларов США за фальсификацию складских документов.

Против дочерней компании Katanga в ДРК возбуждено судебное преследование и в США, и в Канаде за предоставление фальшивой отчетности инвесторам.
Компания также известна своей агрессивностью по отношению к правительствам, она подала в суд на Боливию и Колумбию в рамках механизма урегулирования споров между инвестором и государством, а также использовала обеспеченные нефтью займы, чтобы установить свой контроль над ресурсами в Чаде, оставив страну в состоянии финансового кризиса.

Права человека и трудящихся

Glencore обвиняли в нарушении прав человека во многих странах. Помимо перуанского дела, в Колумбии ее дочернюю компанию Prodeco обвиняют в финансировании повстанческой группы во время вооруженного конфликта в стране в период с 1996 по 2006 год, а также в попытке подчинить себе всю угольную отрасль.

Директор IndustriALL по вопросам проведения кампаний Адам Ли заявил:

«Работники для Glencore – расходный товар. На предприятиях в Европе, где работников у Glencore немного, и есть сильные профсоюзы и государственное регулирование, условия, как правило, соответствуют отраслевым нормам. Однако во многих других странах компания либо не заботится о своих работниках, либо злобно их прессингует».

Охрана труда и безопасность

«Glencore заявляет, что хочет занять в отрасли ведущее место в области охраны труда и безопасности, и с гордостью объявила, что в 2017 году убила всего девять человек»,–

говорит директор IndustriALL по вопросам охраны труда, безопасности и устойчивого развития Брайан Колер. –

Однако наши членские организации со всех уголков планеты сообщают о ее халатном отношении к вопросам охраны труда и безопасности».

В Боливии рабочие жалуются, что предохранительное оборудование и защитное снаряжение не отвечают необходимым требованиям. Поскольку им платят за то, что они производят, более жесткие правила и меры техники безопасности замедляют производственный процесс и ведут к существенному снижению зарплаты. Профсоюзы говорят, что работники субподрядных компаний толком не обучены, что ведет к несчастным случаям со смертельным исходом. Согласно Ежегодному отчету Glencore, в 2017 году в стране погибли два работника. После того как в 2014 году на руднике Сан Лоренцо погиб рабочий, компания начала давить на работников, угрожая закрыть предприятие, если будут и другие несчастные случаи. 

В августе 2017 года Профсоюз работников угольной промышленности Sintracarbón в Колумбии сообщил, что менее чем за один месяц на угольном разрезе Серрехон, принадлежащем Glencore, произошло 13 несчастных случаев на производстве, пять из них – в течение одного дня. Трагично и неизбежно, но несчастный случай со смертельным исходом был лишь вопросом времени. 25 января 2018 года Карлос Урбина Мартинес погиб в результате несчастного случая на этом разрезе.

Проблемы на угольном разрезе Серрехон имеют давнюю историю. Колумбия представляет собой еще одну богатую ресурсами и истерзанную конфликтами страну из тех, какие предпочитает Glencore. Уже в 2006 году появилась информация о коррупции и грубых нарушениях прав человека; местный профсоюз обвинил компанию в принудительной экспроприации и выселении целых деревень для расширения разреза по сговору с колумбийскими властями.

Аутсорсинг и субподряд

Как многие работодатели, Glencore использует нестандартную занятость, чтобы избежать ответственности, оставляя более 62,000 своих работников без гарантий, которые несет с собой бессрочный трудовой договор, без пенсионного обеспечения и медицинской страховки. За последние несколько лет доля работников с нестандартной занятостью растет по сравнению с постоянными работниками при общем снижении количества работающих в компании.

В 2016 году разрез Серрехон был оштрафован на 2 миллиона долларов США за чрезмерное использование субподрядных форм труда.

Профсоюзы в Боливии сообщают, что компания использует субподрядный труд несмотря на то, что это незаконно, и нанимает людей, которые классифицируются как «доверенные работники», чтобы ограничить их право на органайзинг или забастовку.

По информации Профсоюза горняков Замбии, примерно половина работников на медном руднике принадлежащей Glencore компании Mopani в Замбии имеют временные и разовые контракты, и эти рабочие получают в среднем треть от того, что зарабатывают постоянные работники. Это происходит несмотря на заявления Mopani, что она намерена платить каждому контрактнику 80 процентов от постоянного оклада.

Разрушение трудовых отношений

Работники Glencore часто жалуются, что компания отказывается вести коллективные переговоры централизованно – даже на уровне страны, – и нет никакой последовательности в условиях и оплате труда на разных предприятиях. Glencore принадлежит ряд предприятий в ЮАР, где местные профсоюзы ведут кампанию за заключение коллективного договора на уровне компании.

Хотя Glencore заверяет, что «мы привержены честной и открытой работе с профсоюзами на всех наших предприятиях и уважительному отношению к работникам», реальность разительно отличается от этих слов.

Вместо добросовестного ведения переговоров с профсоюзами как представителями своих работников Glencore активно пытается разрушать профсоюзы.

В Австралии Glencore подвергла работников угольной шахты Oaky North 230-дневному локауту за то, что те воспротивились плану, нацеленному на замену постоянных работников контрактниками. Вместо того, чтобы предложить шахтерам справедливую сделку, компания предпочла не допускать их на предприятие.

Работников наказывали и запугивали за несогласие с планами компании. Государственный трудовой арбитр Австралии, Комиссия по справедливым трудовым отношениям, вынужден был приказать компании прекратить слежку за шахтерами и отменить запрет на ношение маек с профсоюзной символикой. Частные охранники, нанятые компанией, следили за работниками и членами их семей по всему городу до самого дома и снимали их на видео во время мероприятий. Шахтеры говорят, что охранники снимали на видео их детей, игравших на детской площадке.

Glencore использует своих работников как политический инструмент. В 2017 году энергетическая корпорация Copperbelt, которая снабжает электричеством горнодобывающие компании Замбии, подняла тарифы на электроэнергию. Компания Mopani приостановила все работы на своем медном руднике и пригрозила замбийскому правительству уволить 4,700 рабочих, заявив, что повышение тарифов будет иметь огромные последствия для ее бюджета.

В погоне за кобальтом: Glencore в ДРК

Наверное, самым ярким примером того, как Glencore относится к своим работникам, является ситуация в ДРК. Огромная страна, часто оказывающаяся вне власти закона, ДРК производит ряд крайне ценных полезных ископаемых, включая медь и кобальт. ДРК играет центральную роль во вновь обретенном Glencore благосостоянии, и недавний экономический успех компании во многом зависит от работы ее предприятий в этой стране.

В 2012 году Glencore изобличили в покупке меди, добываемой с использованием детского труда. С тех пор компания приложила немало усилий, чтобы поправить свой имидж в обществе, но условия труда работников, добывающих один из ценнейших природных ресурсов планеты, остаются ужасающими.

По информации опубликованных «документов с райских островов», Glencore выплатила ссуду в размере 45 миллионов долларов США израильскому миллиардеру Дэну Гертлеру, фигуре весьма сомнительной, за его помощь в получении горных концессий от государственной горнодобывающей компании Gécamines по цене со скидкой, сэкономившей Glencore 440 миллионов долларов.

Glencore выплатила Гертлеру еще 960 миллионов долларов, приобретя его долю в этих рудниках. Гертлер проходит по целой череде обвинений во взяточничестве, и в Швейцарии против него возбуждено уголовное дело. Казначейство США ввело санкции против Гертлера в декабре 2017 году, заявив, что его коррумпированность обошлась ДРК в 1.3 миллиарда долларов США.

После покупки акций рудников Glencore является работодателем для примерно 15.000 человек в ДРК через свои дочерние компании Mutanda Mining и Katanga Mining. Компания планирует удвоить добычу кобальта в течение нескольких следующих лет.

В 2016 году в Катанге погибло семь рабочих, когда обрушилась стена этого открытого карьера. Февральская миссия IndustriALL на предприятия Glencore в окрестностях Колвези обнаружила там ужасающие условия труда. Работники говорят, что с ними обращаются, как с рабами, их жизни на работе постоянно угрожает опасность, и они подвергают свои семьи риску профессиональных заболеваний, потому что им негде помыться после работы.

«Мы такие грязные, когда возвращаемся с работы домой, что даже детишек обнять не можем», – говорил один рабочий.

Ужасающая нищета региона была отчетливо видна. Кобальт, необходимый для производства множества высокотехнологических изделий, имеет огромную ценность, однако практически все это богатство исчезает в карманах иностранных компаний или местных коррумпированных чиновников, состоящих в сговоре с зарубежным капиталом.

Глен Мпуфане рассказывает:

Мы были в шоке, когда увидели отчаянную нищету людей в Колвези и отсутствие всякого развития и инфраструктуры. Контраст с огромным богатством Glencore ошеломляет. Есть большая ирония в том, что заботящиеся о защите окружающей среды покупатели электрических автомобилей вынуждены полагаться на цепочку поставок, построенную на разрушении экологии и ограблении общества компанией Glencore.

Glencore отказала представителям IndustriALL в доступе на предприятия, а когда местный профсоюз TUMEC устроил митинг в церкви, силы безопасности попытались вломиться в нее и арестовать организаторов.

Можно производить медь и кобальт и получать прибыль, соблюдая при этом права трудящихся. Компания Umicore со штаб-квартирой в Бельгии является конкурентом Glencore и тоже добывает кобальт, литий и другие ценные минералы.

Однако эта компания подписала с IndustriALL глобальное рамочное соглашение по устойчивому развитию, распространяющееся на 14,000 работников в 38 странах. Соглашение также включает обеспечение экологической устойчивости, и компания все больше сосредотачивается на добыче этих минералов путем переработки электронного оборудования.

Профсоюз TUMEC – объединение и защита прав конголезских трудящихся

Профсоюз: Объединенные работники горнодобывающей, металлургической, химической промышленности, энергетики и смежных отраслей (TUMEC)

Страна: Демократическая Республика Конго (ДРК)

Text: Элайджа Чивота

ДРК богата кобальтом, медью, золотом и другими минералами. Здесь добывается 65 процентов мирового кобальта, цены на который взлетели вверх из-за возросшего спроса со стороны производителей аккумуляторов для электромобилей и смартфонов. Однако история страны не делает задачу органайзинга легкой для профсоюза TUMEC, поскольку транснациональные компании здесь привыкли эксплуатировать рабочих.

ДРК часто приводят в пример как страну, чьи природные ресурсы стали ее проклятьем, ибо деньги от ее подземных богатств финансируют войны и кровопролитие вместо повышения благосостояния людей и развития инфраструктуры страны, включая строительство дорог и клиник, и, таким образом, преодоления нищеты.

Органайзинг работников в стране с таким прошлым и с такой огромной территорией, как ДРК, никогда не было легкой задачей для TUMEC, но борьба за комплексную проверку деятельности компаний и ответственную добычу полезных ископаемых и за объединение все большего числа трудящихся в профсоюзах продолжается.

TUMEC добивается, чтобы работодатели придерживались практики трудовых отношений, согласованной в коллективных договорах, которые защищены законом. Ведя работу по органайзингу на шахтах и рудниках, в энергетике, в химическом секторе, в том числе и среди работников субподрядных компаний и старательских выработок, TUMEC сегодня имеет более 12,000 членов в компаниях, включающих горнодобывающую ТНК Glencore и государственную горнодобывающую компанию Gecamines.

TUMEC присоединился к кампании IndustriALL по Glencore, намереваясь добиться уважительного отношения к работникам на карьере Мутандо и медно-кобальтовых рудниках компании Kamoto Copper в Колвези, провинция Луалаба.

Благодаря непрерывной работе по органайзингу и привлечению новых членов, профсоюз сегодня закрепился в Колвези, Лубумбаши, Доко, Кисангани, Мбуджимайи, Киншасе, Лукале, Матади и Муанде. TUMEC проводит свои органайзинговые кампании, участвуя в профсоюзных выборах на предприятиях, как это предписывается трудовым законодательством. Профсоюз, набирающий самое большое число голосов, становится профсоюзом большинства, а тот, который набрал меньше голосов, становится представительным профсоюзом. В этом году TUMEC нацелен на то, чтобы стать профсоюзом большинства, который получает полномочия на ведение переговоров с работодателем.

Большая часть деятельности TUMEC в последние несколько лет поддерживалась проектом IndustriALL по развитию сильных профсоюзов, который финансируется голландской организацией профсоюзной солидарной поддержки Mondiaal FNV.

В последние пару лет проблемы на уровне руководства TUMEC в Колвези затормозили рост профсоюзного членства. Однако на конгрессе прошлого года было избрано новое руководство и приняты планы по мотивации профчленства и профсоюзному органайзингу. В числе других предприятий TUMEC нацеливается на медный карьер Мутанда и подземный рудник Камото. В Мутанде у профсоюза всего 200 членов из 6,500 постоянных рабочих, а в компании Kamoto Copper – 175 из 5,800. Профсоюз напряженно работает, чтобы коренным образом изменить такое положение дел.

«Мотивационная и органайзинговая стратегия TUMEC сосредоточена на проблемах, с которыми трудящиеся сталкиваются на работе каждый день. Затем мы пытаемся решить эти проблемы таким образом, чтобы в этом принимали участие и сами рабочие. Мы не завлекаем людей в профсоюз, суля им деньги или одежду. Вместо этого они вступают в профсоюз, потому что твердо знают: TUMEC будет сражаться за их права», – говорит генеральный секретарь Дидье Оконда.

В 2017 году был создан Женский комитет IndustriALL в ДРК, который занимается вопросами, затрагивающими работающих женщин в профсоюзе. Комитет наращивает профсоюзное членство среди женщин и создает женские комитеты в компаниях, где TUMEC ведет работу по органайзингу. Разработаны планы проведения практических семинаров по правам и условиям труда работающих женщин, кампаниям против сексуальных домогательств, по свободе объединения, охране труда, законам, затрагивающим положение женщин, и более полному пониманию гендерных вопросов и проблем.

«Мы надеемся, что эта подготовка поможет разработать стратегию, которая покончит с нарушениями прав женщин на предприятиях в ДРК и повысит уровень их участия в работе профсоюзов и их лидерских навыков», – говорит председатель женского комитета Ольга Кабалу.

ИНТЕРВЬЮ: Мария Нильсон

Профсоюз: IF Metall

Страна: Швеция

Текст: Петра Бренмарк

Мария Нильсон говорит, что ситуация очень четко делится на «до» и «после» #MeToo и что IF Metall отреагировал очень оперативно, когда эти дебаты докатились и до профсоюзов.

«Вопросы о сексуальных домогательствах всегда включались в наши опросы по условиям труда на рабочем месте, но никогда не являлись их существенной частью. Однако когда мы осознали масштабы движения #MeToo, мы стали задавать вопросы по-другому и получили другие ответы, особенно от молодых женщин».

 «Хотя я знаю, что мы работаем в преимущественно мужской среде, но я была шокирована, увидев, как широко распространены сексуальные домогательства. И я была потрясена: мы хотим объединять в наших рядах женщин, но если мы ничего не предпримем, они уйдут из профсоюза».

«В Швеции существует и правовая основа, и руководящие принципы на этот счет, но от них мало толку, если они просто пылятся на полке и не используются. Работницы должны знать, к кому можно обратиться, и быть уверены, что их проблемы воспринимаются всерьез. Работодатели и профсоюзы разделяют эту ответственность».

Профсоюз IF Metall встретился с работодателями, чтобы обсудить проблему сексуальных домогательств на предприятиях, и сегодня стороны осуществляют совместные действия по решению этой проблемы. Для обсуждения этого вопроса IF Metall также планирует проведение ряда совместных конференций с одной из организаций работодателей, в которых примут участие первичные организации и руководство отдельных предприятий.

«Я рада, что мы объединили усилия с работодателями. Это доказывает, что обе стороны разделяют основной принцип: с сексуальными домогательствами на рабочем месте необходимо бороться, а также то, что мы относимся к этому вопросу совершенно серьезно».

Что могут сделать профсоюзы?

«За то, что происходит на рабочих местах, отвечают работодатели, но мы, как профсоюзы, должны быть рядом и взять на себя свою часть ответственности. В IF Metall мы добиваемся, чтобы наши региональные и местные организации знали, какие действия необходимо предпринимать в случае сексуальных домогательств».

Несколько профессиональных групп используют в Швеции социальные сети, чтобы поговорить о том, с чем они сталкиваются в своих организациях. Например, журналисты, актрисы и сотрудницы больниц поделились рассказами о сексуальных домогательствах, которым они подвергались. И хэштег #InteFörhandlingsbart (#ОбсуждениюНеПодлежит) высветил вопрос сексуальных домогательств внутри профсоюзного движения.

«У нас были случаи, когда профсоюзные представители вели себя ненадлежащим образом, что очень усложняет ситуацию для всех, кто оказывается вовлечен в подобные инциденты. Когда все друг друга знают, должны существовать четкие инструкции, как действовать в подобных ситуациях, и возможно, передавать разбирательство с местного на региональный уровень».

«Обсуждение того, что допустимо, а что нет, крайне важно. Даже хотя иногда бывает трудно обсуждать случаи сексуальных домогательств в наших рядах, это наша ответственность, и мы не должны позволять думать, будто мы пытаемся скрыть происходящее».

«Именно поэтому IF Metall призвал своих партнеров на стороне работодателей относиться к подобным инцидентам как к сигналу тревоги. Все компании должны иметь четкие политические установки по этому вопросу и активно бороться с сексуальными домогательствами, нарушениями и гендерной дискриминацией. Толерантность в этом вопросе должна быть нулевой».

Подход профсоюза IF Metall к концепции «Индустрия 4.0»

«Четвертая промышленная революция (Индустрия 4.0), несомненно, является для нас наиболее важной проблемой. Технический прогресс мы рассматриваем как явление позитивное. Мы понимаем, что некоторые рабочие места исчезнут, но мы также знаем, что вместо них появятся новые».

«Хотя внедрение цифровых технологий влечет за собой огромные последствия, для нас это не новость. Это мы уже проходили. Но сегодня этот процесс происходит более стремительно и при этом затрагивает все общество».

«Мы считаем, что основные прорывы в технологиях произойдут в ближайшие пять лет или около того. Это коснется не только тех, кто впервые придет на рынок труда, но и тех, кто уже работает. Как профсоюз, мы должны стать для работников надежным спутником на этом пути преобразований».

«И поэтому мы работаем над тем, чтобы наши члены обязательно имели нужные навыки и умения, которые позволят им найти работу и в будущем. Большинство наших членов заняты в отраслях, работающих на экспорт, и они нуждаются в том, чтобы переход к новым технологиям был для них безопасным».

В Швеции, стране с традиционно высокой плотностью профчленства, профсоюзные ряды сегодня сокращаются. Что делает IF Metall для того, чтобы противодействовать этой тенденции?

«Начиная с 2006 года, профсоюз терял ежегодно 10,000 членов, однако в 2017 году нас стало на 800 человек больше».

«Органайзинг является для нас безусловным приоритетом. Речь идет не только о привлечении в IF Metall новых членов, но также и об удержании в наших рядах тех, кто в них уже состоит. Мы должны разговаривать с людьми, выяснять причины, по которым они хотят выйти из профсоюза».

«Зачастую люди говорят, что не знают, зачем им оставаться в профсоюзе, не видят в этом никаких преимуществ. У них возникает ощущение, что никто о них не заботится, и появляется разочарование в нас как в организации. Они говорят, что мы не всегда бываем рядом, что в какой-то момент они не получили помощи, на которую рассчитывали или в которой нуждались».

«Чтобы расти, мы должны быть уверены в том, что каждому новому работнику предлагается вступить в IF Metall. Молодые рабочие не всегда горят желанием, но мы должны спрашивать их и мотивировать – участие в профсоюзе уже не является делом одной лишь солидарности».

«Мы также проводим работу в школах, рассказывая учащимся о профсоюзах. Мы уверены, что, если мы сможем донести до них, что такое профсоюз, пока они еще учатся, они уже будут знать это, когда начнут трудовую жизнь, и с большей вероятностью станут его членами».

Профсоюз IF Metall, исторически тесно связанный с правящей социал-демократической партией Швеции и премьер-министром Стефаном Лёвеном, бывшим президентом IF Metall, является очень политически активным профсоюзом. Как вы готовитесь к сентябрьским правительственным выборам?

«Выборам в этом году мы уделяем очень много внимания, тем более, что опросы общественного мнения говорят сегодня о равенстве сил между социал-демократами и консервативным блоком».

«Вплоть до сентября политическая работа будет важной частью всего, что мы делаем. До нынешнего правительства у нас было восемь лет консервативного правления, и как профсоюз нас отодвинули в сторону. Во время спада и экономического кризиса промышленность Швеции сократилась, и 48.000 наших членов потеряли работу. Несмотря на то, что мы лоббировали соответствующих министров и правительственные ведомства в поисках решений, нас не воспринимали всерьез».

«Из опыта Германии и Бельгии нам известно, что существуют такие способы борьбы с экономическим кризисом, когда правительство, работодатели и трудящиеся разделяют общее бремя, например, договариваясь о сокращении рабочего времени вместо увольнений. Нам же, в попытках защитить наших членов, опереться было не на кого. И поэтому мы знаем, что для наших членов будет означать приход к власти консерваторов, и мы хотим получить правительство, которое будет поддерживать развитие промышленности».

«Мы подготовили материалы для распространения в организациях, а 36 наших местных профсоюзов назначили так называемых «лидеров по вопросам выборов», которые будут проводить на предприятиях дискуссии о том, что означают выборы для рынка труда, для промышленности и для профсоюза».

«Самое главное, мы хотим, чтобы все проголосовали. Как и во многих других странах, в Швеции наблюдается резкий подъем политических сил правого толка, а эти идеологии часто выигрывают от низкой явки избирателей».

Профсоюз IF Metall